Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Помню детство 

(Скопировано с форума Быковки. Автор Аркадий)

Году, наверное, в 1945-ом, еще до затопления Камских бассейнов постройкой Камской ГЭС в городе Молотове, силами леспромхоза ГУЛАГ Молотовского УЛОН начала строиться новая деревня Быковка, названная так по имени старой деревни Быковки, существующей и поныне на лугах в глухих лесах стрелки, образованной слиянием рек Чусовой и Сылвы, и имеющей сегодня высокий авторитет в образованных и компетентных кругах по причине проживания когда-то там известного, очень уважаемого советского писателя Виктора Астафьева, который, и в первую очередь и в единственном числе, прославил эту затерянную пермскую деревушку в своих произведениях. Население деревни новой Быковки составляло в большинстве своем различный, так сказать, «аполитичный» элемент, сосланный после войны в уральские леса как социально опасный, но не абсолютно криминальный или преступно замаранный. Волжские немцы, крымские татары, украинцы, служившие полицаями у гитлеровцев, но не установленные в кровавых деяниях. Обычные советские мужики, ветераны войны, местные, ищущие хоть какого-то достатка для нормальной жизни, обещаемого работой в местном леспромхозе. 
Быковка новая была построена в огромном медвежьем логу, направленному на восток, пропускающем по дну своему малый ручей, быстрый и холодный, давший впрочем, водоснабжение и, собственно жизнь, всей деревне. Второй же рог лога, русло речки Быковки, направленный на запад, был далее, при закрытии плотины ГЭС, затоплен и образовал большой трёхкилометровый залив, в котором в последствии наступили хорошие возможности для рыбалки и охоты на поленных щук и судаков, коих брали быковские мужики острогами со своих, струганных и сколоченных своими же руками лодок-плоскодонок. При наступлении Брежневской власти залив этот был загорожен бревнами и объявлен природным заказником. 
Жизнь новой Быковки была образована по тем временам, по леспромхозовски неплохо. Была построена восьмиклассная школа, клуб, детский сад, фельдшерский медпункт в котором бесплатно и без всяких анализов ставили прививки от клещей. Для части работников были построены четырехквартирные дома с крохотными, правда, квартирками. В России всегда строили очень маленькие дома. Леса ведь нет у нас, строить то не из чего. На берегу маленького залива, в который впадал Быковский ручей, на той стороне была сооружена дизельная электростанция. В определенные часы, по расписанию, давали в деревню электроток. Когда дизель ломался, да и в остальное время еще до 90-х годов, деревня жила с керосиновой лампой. Да еще бывало, напивался дежурный электрик браги, и снова воцарялась тьма. Особенно было скучно осенними темными вечерами. Опять же был открыт леспромхозный магазин Комарихинскаго ОРСа. При магазине, в отдельном доме, в центре деревни, была организована хлебопекарня, просуществовавшая до 80-х годов и привлекавшая жителей многих окрестных деревень своим горячим, свежайшим, и, главное – «негородским», абсолютно в ручную стряпанным хлебом, какога необычайно особенным вкусом и нежностью восхищались жители, и не только, а и городские, и даже специально приезжали на лодках из разных близлежащих деревень для покупки его. 
Помню, еще пацанами, приходили мы на пекарню, часа за полтора до открытия, а открывалась пекарня в три часа дня, да и к тому времени собиралась очередь из местных жительниц (дачников тогда еще не было вообще – представьте себе (!), бравших тогда по десять – двадцать буханок для корма домашнего скота, и чтобы получить хлеба прямо из печи, кололи мы дрова в любом количестве, и снеся их на печь стряпухам, получали свои законные горячие буханки прямо из печи. Хлеб тогда выдавался по норме по нескольку буханок в одни руки для не местных (или тех, у кого не было домашнего скота). Уж не помню сейчас, по сколько штук давали, только я тогда съедал одну буханку до прихода домой, такое было тогда лакомство, лучше всякого нынешнего шоколада. А еще бабушка моя наливала молоко парное и в закуску с горячим хлебом, с клубникой, викторией, ягодами, свежесобранными только сегодня с гряды, жирно удобренной свежим навозом – можете себе представить. Стадо говяда в Быковке тогда было очень большое, сотни больше голов, поди. Была и отара и козы, и большие «табуны» гусей, держимые людьми, фамилии которых до сих пор витают в Быковке. 
С молоком тогда была такая проблема, что хозяйки, держащие коров, ходили по домам бескоровных, особливо к кому ездило много гостей из Перми и продавали молоко трехлитровыми банками ажно об тридцати копеек за банку. Не помню уже дорого это или нет было. Кто еще быстрее продаст. Даже ссорились и ругались, бывало, соседки на этой почве, на всю улицу. 
А грибы мы тогда собирали не отходя полукилометра от деревни. Собирали только белые, красные, подосиновики собирали в осиновом клину, проходящим с севера через Корсаковское поле. Тогда еще не было садоводческого кооператива. Старики же, конечно, собирали свинари и грузди, опята и рыжики, лисички для приготовления соленых закусок. Климат был другой. Грибов было много и народу было, конечно, меньше. 
А через пару домов от нас жил пасечник, державший десятка два ульев. Он часто приходил к нам с огромной чашкой сотового меда. Дед тогда доставал банку с брагой, заныканную от бабки и на летней кухне начинался горячий диспут, посвященный обсуждению культа личности, Отечественной Войне, внутренней и внешней политике Коммунистической Партии и Советского Государства. 
В нескольких семьях держали лошадей. И конечно, зарабатывая копеечку, подрабатывали они на разных деревенских нуждах, пахотных, транспортных и прочих. Было для нас большой удачей, если зимой по дороге через реку попадались по пути сани, запряженные лошадкой. Снегоходы тогда были большой экзотикой. А весной на берег Сылвы пригоняли из Левшино дебаркадер – целый дом на барже, где была билетная касса, залы ожидания, и старый капитан, ходивший всегда в справной речной форме, и очень серьезно несущий свою службу. По громкоговорителю он лично провозглашал знаменитую фразу: «Объявляется посадка на теплоход ПТ 132 следующий рейсом Сылва-Быковка». На теплоходе ПТ 132, речном трамвайчике, ездило тогда человек десять-пятнадцать и то только в выходные. Но даже в рабочие дни, когда пассажиров могло быть один-два, трамвайчик ходил строго по расписанию, надежно связывая Быковку с остальным миром. 
Через поле, засеянное горохом, располагалась вдоль берега Сылвы деревня Корсаково. Не меньша домов тридцати поди, уж и не помню сейчас, это где-то на 1970 год. Еще в гражданскую шли здесь позиционные бои, как и на Старой Быковке. С того берега Сылвы, шириной тогда метров не меньше ста, стреляли по Корсаково из пушек году вроде 19-ом. А еще в Корсаково была такая достопримечательность. Harley Davidson 1943 WLC 750 cc 2 cyl sv1. Картинка из интернета.Harley Davidson 1943 WLC 750 cc 2 cyl sv1. Картинка из интернета.Наверху, налево от пристани стоял мотоцикл Харлей Дэвидсон, 1943 г.в. К заднему колесу его был приварен мот, на который наматывался стальной трос. Этим мотоциклом втаскивали бревна с реки на высокий берег. А появился этот раритет, говорят, как трофейный, с войны, привезенный неким ветераном. А еще напротив автостоянки на нижнем левом берегу Сылвы, помню стояла когда-то школа, еще до затопления КамГЭС. 
А вот Старая Быковка, в которой и жил русский писатель Виктор Астафьев, начала строиться и обжита была еще в первой половине 19 – го века, до 1850-го года.

Сент 23, 2013 3:09 pm

Аркадий.